Новогодняя елка: история традиции - 30 Декабря 2013 - МУ "Молодежный информационный центр" г.Шуя
Эмблема МИЦ
Сегодня 12.Июл.2015 (Воскресенье)
Эмблема МИЦ Поиск по сайту:       
Наш адрес: Ивановская область, г. Шуя, ул. 1-я Московская, д. 28; МИЦ ВКонтакте: www.vk.com/micshuya
Форма входа
Чтобы получить доступ ко всем ресурсам сайта вам нужно авторизоваться или пройти регистрацию
Логин:
Пароль:

Меню сайта
|

Направления работы

Полезности

Календарь новостей
«  Декабрь 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

Поиск

Наш опрос
Как вы оцениваете наш сайт?
Результаты · Архив опросов · Ответило: 177 чел.


Статистика
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Сегодня Дни рождения:
Famemevened(30), CrugerDix(35), KennethNigo(29), Alvaromedo(36), Merrillligh(35), Dennisrap(27), Gregoryei(36), Alexfremilehali(38), Randellsi(29), DonaldJab(29), Nonalmror(34)
Всего пользователей: 2592
Из них: Муж.[2516], Жен.[76]
- новых за месяц: 14
- новых за неделю: 0
- новых вчера: 0
- новых сегодня: 0

Численность групп:
Новички: 2438
Обычных юзеров: 102
Модераторов: 2
VIP-пользователей: 4
Администраторов: 5

Комментариев: 692
Форум: 109/717
Фото: 1658
Дневник: 279
Новости: 312
Статей: 145
Каталогов: 22
FAQ: 4
Гостевая: 14
Тесты: 31

Приветствую Вас, Гость · RSS 12.Июл.2015, 16:53

ГЛАВНАЯ » 2013 » Декабрь » 30 » Новогодняя елка: история традиции
Новогодняя елка: история традиции
01:37
С древних времен люди особенно трепетно относились к окружающей их природе, одним из проявлений этого является культ почитания деревьев, который можно найти в самых разных человеческих культурах. В зависимости от географических и климатических условий и местных традиций объектами поклонения могли стать различные деревья: дуб, сосна, кипарис, ясень, эвкалипт и т. д. В Греции главным священным деревом считался кипарис; в Риме поклонялись фиговому дереву, а также кизилу, росшему на склоне Палатинского холма.
Отголоски древних культов и сейчас можно найти в самых разных местах. Широко известен старинный европейский обычай отмечать первый день мая с «майским деревом». Грузины к 31 декабря заготавливали для очага грабовые дрова и чичилаки (наструганная кудрями ветка орешника). В Сванетии на Новый год в доме обычно устанавливалась берёзка. У горских евреев молодёжь ночью в первый день весны шла в лес на поиск «шам агажи» («дерева-свечки»), которое срубали, разводили из него костер, прыгали через него и пели.
У ряда европейских народов на ритуалах, связанных с зимним солнцестоянием, издавна использовалось большое полено или пень, который зажигался в очаге в день солнцестояния и понемногу сгорал в течение двенадцати дней праздника. Считалось, что бережное хранение кусочка такого полена в течение всего следующего года защищало дом от огня и молнии и приносило дому удачу. У южных славян такое полено называется бадняк, у скандинавов — juldlock, у французов — la bûche de Noël (рождественский чурбан).
У кельтов с празднеством зимнего солнцестояния издавна была связана омела. Через кельтов символика омелы прочно вошла в англо-саксонскую культуру.
У восточных славян, а потом — у русских особо почитаемым деревом стала берёза, хотя предметом поклонения бывали и деревья других пород (дуб, сосна, ель). Предпочтение, отдаваемое берёзе, можно объяснить её широкой распространённостью на территории Среднерусской равнины, а также тем, что дерево это, распускающееся весной раньше других, воспринималось как средоточие животворных сил.
В Библии и раннем христианстве каких-либо указаний на дерево как символ празднования Рождества Христова в Новом Завете нет. Описан, однако, Вход Господень в Иерусалим, когда народ приветствовал его с ветвями финиковой пальмы в руках (Ин.12:12). Пальма в древности считалась символом победы, в христианстве интерпретированное как символ победы над смертью. Там, где пальмы не растут из-за холода, их замещением традиционно служила верба, отсюда Вербное воскресенье. И сейчас в жарком климате, например, на Гавайях, пальма используется в качестве рождественского дерева. А во Флориде выращивается пальма, также называемая Christmas Palm tree (Рождественская пальма) из-за её плодов, которые становятся ярко-красными к декабрю.
В Германии до настоящего времени сохранилась легенда, связанная с именем Святого Бонифация. Чтобы показать германским язычникам бессилие их богов, тот срубил священный дуб Одина, и в расколе пня выросла молодая пихта во исполнение его пророчества, что «пихта христианства вырастет на корнях срубленного дуба язычества». Эпизод со срубленным дубом действительно описан в житии святого. Эпизод же с пихтой и пророчеством является устной легендой, отражающей позднейшие попытки христианизации языческой традиции.
Формирование современного рождественского ритуала произошло в немецкой традиции уже в конце Средневековья и начале Нового времени в результате переосмысления древних ритуалов Йоля в новой христианской трактовке. Среди германских народов существовал древний обычай идти на Новый год в лес, где заранее выбранную ель украшали свечами и цветными тряпочками, после чего вблизи или вокруг него совершались обряды. Со временем еловые деревца стали срубать и приносить в дом, где они устанавливались на столе. К деревцу прикрепляли зажжённые свечки, на него вешали яблоки и сладости.
После крещения германских народов все эти обычаи и обряды начали постепенно приобретать христианский смысл, и ёлочки, устанавливаемые в домах, стали частью атмосферы сочельника (канун Рождества, 24 декабря). Теперь такая ёлочка называлась рождественским деревом (нем. Weihnachtsbaum) или (в более старом варианте) «деревом Клауса» (Klausbaum), традиции ориентировались не только на взрослых, но, всё больше и больше, и на детей.
Новолетие отмечалось в России и в допетровскую эпоху. Единственным содержанием этого праздника был торжественный новогодний молебен, во всех церквях, но наиболее пышный проходил в Москве, в присутствии царской семьи. Праздновался этот день 1 сентября. Традиция встречи нового года 1 января начинается в Петровскую эпоху. Историки отмечают, что наружное украшение зданий ветвями хвойных деревьев в России впервые было назначено царским указом к 1 января 1700 года, но оно не имело ничего общего с традицией вносить на Рождество дерево в дом и украшать его; эта традиция в Россию приходит спустя полтора века.Ель на Руси традиционно связывалась со смертью, погребальным обрядом, и о том, чтобы вносить её в дом, речи не шло. Единственными, кем был выслушан царский указ, стали владельцы кабаков, на протяжении XVIII века обозначавшие вход в заведения еловыми ветвями, отчего горького пьяницу прозывали «ёлкиным».
По царскому указу от 20 декабря 1699 года, впредь предписывалось вести летосчисление не от Сотворения мира, а от Рождества Христова, и по вводимому в России юлианскому календарю день «новолетия», до того времени отмечавшийся на Руси 1 сентября, «по примеру всех христианских народов» отмечать 1 января.
В 1699 году таким образом, новый год отмечался дважды: 1 сентября и затем 1 января. В этом указе давались также указания по организации новогоднего праздника. В его ознаменование в день Нового года было велено пускать ракеты, зажигать огни и украсить столицу (тогда ещё Москву) хвоей: «По большим улицам, у нарочитых домов, пред воротами поставить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, еловых и мозжевелевых против образцов, каковы сделаны на Гостином Дворе». А «людям скудным» предлагалось каждому «хотя по древцу или ветве на вороты или над храминою своей поставить… а стоять тому украшению января в первый день».
Москва праздновала новый год по царскому указу неделю. Город украсили можжевеловыми, еловыми и сосновыми ветвями. В Кремле перед Успенским собором, где проходил торжественный новогодний молебен, под барабанный бой выстроились войска с распущенными знамёнами. На Красной площади устроили «огненную потеху», раздавали народу «царское угощение» и по ночам жгли костры. Позже 1700 года считать день 1 января за какой-то особый в России принято не было, его сопровождал лишь традиционный молебен «на новолетие».
В России всенародно и широко праздновались святки: праздничные дни, длящиеся от праздника Рождества до праздника Крещения, включавшие в себя «разрешение на вся»: на колядование со звездой, на гаданья, на «переряженье», на саночные катанья, на маскарады, на пиры. С 24 декабря до 6 января в России ставили балаганы, карусели; в XIX веке устраивались катки, украшенные иногда ледяными дворцами; цирк-зверинец, лотереи, проводились пантомимы, игрались спектакли, танцевальные вечера, играли оркестры, жглись фейерверки. Дни 31 декабря и 1 января в этот праздничный ряд неизбежно попадали. Но Новый год стал праздником лишь в декабре 1935 года.
24 декабря 1817 года по инициативе великой княгини Александры Фёдоровны была устроена домашняя ёлка в личных покоях императорской семьи, в Москве, а на следующий год — в петербургском Аничковом дворце. На Рождество 1828 года Александра Фёдоровна, к тому времени уже императрица, организовала первый праздник «детской ёлки» в собственном дворце для пяти своих детей и племянниц — дочерей великого князя Михаила Павловича. Ёлка была установлена в Большой столовой дворца. В зале заранее расставлялись столики, на них стелились белые скатерти, на каждом столе стояла ёлочка, и лежали подарки. Ёлок могло быть много, пять-десять, и тогда они ещё ничем не были убраны. Ёлка зажигалась дважды — в сочельник и в Рождество, после чего её убирали. Во дворце и в домах состоятельных горожан было принято после праздника отдавать ёлку слугам. Всё, что находилось на ветках ёлки и на столе под нею, было подарками. Подарок всегда имел своего определённого дарителя. Обычай приписывать появление подарков сказочным существам появился лишь в начале ХХ века. В последующие годы ёлка императорской семьи устанавливалась в Золотой гостиной Зимнего дворца. В царствование Александра Третьего ёлку проводили в течение двух дней, 24 и 25 декабря в Гатчинском дворце. В царствование Николая Второго ёлку обычно ставили в Царском селе, в Александровском дворце, после того, как туда переехала императорская семья.
До начала 1840-х годов обычай ставить рождественскую ёлку в России не существовал, дворцовые ёлки были исключением. Ни А.С. Пушкин, ни М.Ю. Лермонтов никогда в жизни ёлки не видели: в окружавшем их дворянском кругу поддерживались только русские святочные традиции: святочные маскарады и балы. М.Ю. Лермонтов описал такой святочный праздник в драме «Маскарад», а А.С. Пушкин — святочное гаданье девушек, в поэме «Евгений Онегин». До начала 1840-х годов о ёлках в столичных домах в литературе не упоминается, но в начале 1840-х, как о большой новинке, уже пишут о продаже в кондитерских «прелестных немецких ёлок, убранных сластями, фонариками и гирляндами». В середине сороковых годов уже встречаются отдельные удивлённые упоминания, что «в русских домах принят обычай немецкий… украшают… деревцо как только возможно лучше, цветами и лентами, навешивают на ветки вызолоченные орехи. Красненькие, самые красивые яблоки, кисти вкусного винограда… всё это освещается множеством восковых свеч, прилепленных к веткам, а иногда и разноцветными фонариками». Это нововведение в середине 1840-х годов переживает необыкновенный подъём интереса, так что в конце сороковых годов в Петербурге уже повсеместно ставятся ёлки. Ф.М. Достоевский в рассказе «Ёлка и свадьба» 1848 года упоминает ёлку как нечто уже общеизвестное.
Дальнейшее увлечение «немецким нововведением» подкреплялось модой на произведения немецких писателей и прежде всего на Гофмана, произведения которого «Щелкунчик и Мышиный король» и «Повелитель блох» были хорошо известны российскому читателю. Сказка Э.Т.А. Гофмана «Щелкун орехов» (под таким названием книга вышла на русском языке) опубликована в 1839 году, сказки Г.Х. Андерсена «Девочка с серными спичками» и «Ёлка» также, возможно, сыграли свою роль. Рождественская ёлка в русском доме отражала часть церковного обряда и объединяла вокруг себя всю семью, и это быстро полюбилось горожанам. Наконец, включились все те механизмы, которые и двигают моду. Началась городская мода на ёлки. В начале 1850-х годов их уже стали продавать, у Гостиного двора, приезжавшие специально с ними в город крестьяне. Впоследствии этот сезонный промысел принадлежал финским крестьянам и давал им немалый приработок, потому что ёлки стоили дорого. Петербуржцы быстро отошли от образца маленьких немецких ёлочек и начали соревноваться, у кого ёлка гуще и богаче. Самые богатые ёлки убирались настоящими драгоценностями и ценными тканями. Так, в одной газете того времени упоминается «искусственная ёлка», высотой в два с половиной метра, «обвитая дорогой материей и лентами, верхние ветви её были украшены дорогими украшениями: серьгами, перстнями и кольцами, а нижние ветви цветами, конфетами и плодами».
Первая публичная ёлка была организована в 1852 году в здании петербургского Екатерингофского вокзала. Установленная в зале вокзала огромная ель «одной стороной… прилегала к стене, а другая была разукрашена лоскутами разноцветной бумаги». Вскоре публичные ёлки начали устраивать в зданиях дворянских собраний, офицерских и купеческих собраний, клубах, театрах и других местах. В Москве с начала 1850-х годов праздники ёлки в зале Благородного московского собрания также стали ежегодными. Медленнее ёлка проникала в провинцию. В помещичьих усадьбах ещё долго держались традиции Святок, но постепенно «столичная немецкая забава» пришла и туда.

Как часто бывает с введением новых праздников, важную роль сыграла и коммерция. С начала XIX века самыми известными в Петербурге специалистами в кондитерском деле стали выходцы из Швейцарии, относящиеся к небольшой альпийской народности ретороманцев. Постепенно они завладели столичным кондитерским делом. Именно им принадлежит идея продавать ёлки, заранее украшенные фонариками, игрушками, а также пряниками, пирожными, конфетами и прочими сладостями собственного производства. Стоили такие ёлки очень дорого (от 20 до 200 рублей ассигнациями), и покупать их для своих детей могли только весьма зажиточные родители.
Вместе с распространением и коммерциализацией ёлка становилась «статусным» явлением. Приглашение на ёлку детей знакомых и, соответственно, самих знакомых, стало возможностью показать свой вкус и зажиточность. Важно было не скупиться на украшения, не использовать украшения с прошлого Рождества, украсить дерево богатыми подарками. Ёлку украшали фруктами и кондитерскими «сахарными игрушками». Сладости, мёд, засахаренные фрукты символизировали «сладость духовных даров» и входили в общеевропейскую традицию празднования Рождества, согласно которой волхвы поднесли Младенцу в день рождения «плоды земные», означающие изобилие, плодородие, процветание. В России в это время ёлку украшали яблоками, мандаринами, сухими фруктами (абрикосами, инжиром, черносливом), медовыми пряниками. На ёлке зажигались свечки, укреплённые в специальных «тюльпанчиках». Традиция рождественского дерева соблюдалась также в том, что ёлка увенчивалась Вифлеемской звездой (засиявшей в небе предвестницей Рождества) и украшалась разными блёстками. Блеск огней и свечей на ёлке, её блестящее украшение символизировали сияние «благодатного света», пронизывающего мир после Рождества. Ёлка легко вошла в российский быт, именно потому, что она позволяла всей символике службы и обряда соединиться в едином зрительном образе и действии, в котором была занята вся семья.
В годы общего государственного траура выходили особые постановления проводить ёлки скромнее, в семейном кругу, ограничивая широкое веселье. Такого рода постановления, носившие рекомендательный характер, выходили во время годичного траура в связи со смертью императора в 1855 и в 1881 гг., во время Русско-турецкой войны в 1877-78 гг.; во время Первой мировой войны, в 1914-16 гг.
В постановлении Синода, изданном во время войны России с Германией, указывалось, что отношение православной церкви к новой традиции всегда оставалось несколько настороженным, как к иноземному и, в своих истоках, языческому обычаю. В канун Рождества Синод традиционно напоминал об этом. Тем не менее, и в этом году ёлки ставились, и в частных домах, и в гимназиях, и в домах священников, устраивавших ёлки с подарками для детей своих прихожан. Предписание ограничивать ёлки относилось не к самому дереву, а именно к празднику, к «пьяной ёлке». Последнее такого рода указание Синода было опубликовано в канун Нового 1917 года: оно было напрямую связано с потерями России в войне. Но, несмотря на потери России в войне, это постановление оказалось чисто формальным, и ёлка в этот год ставилась и праздновалась как обычно, даже в императорской семье.
Со второй половины девятнадцатого века на ёлках начали развешивать картонные игрушки: гирлянды, транспаранты, китайские фонарики. В конце XIX — начале XX века появились в продаже особые ёлочные украшения, в том числе стеклянные шары, сначала немецкого, затем российского производства. В 1900 году в Петербурге, в магазине Гебгардта, и у Петто продавали ёлочные украшения: «бусы, снег и амуров из невоспламеняющейся ваты, обезьян, флаги, сусальное золото, стеклянные шары, бонбоньерки, диамант-пудру, бенгальские огни, зажигательные нитки, комнатные фейерверки». Кондитерская Абрамова готовила к Рождеству «хлопушки, дожди золотые, пряничные, миндальные и мятные фигуры, восковые свечи, бусы из конфет, пастилу, драже и мармелад». Игрушки изготавливались рабочими артелями, делавшими их из проволоки и бумаги, из ваты и варёного крахмала, на них иногда клеили литографированные картинки. Продавались «дрезденские», клееные из картона фигурки. На ёлках раскладывали имитирующие снег кусочки ваты, усеянной блёстками, растягивали нити серебряного и золотого дождя, были очень популярны хлопушки и бенгальские огни. В комнате, где ставили ёлку, было принято ставить много цветов в вазах, украшали цветами и саму ёлку.
Cразу же после октябрьских событий никаких официальных запретов ёлки и Рождества не вводилось. Если ёлка и стала большой редкостью в домах, то не в результате специальных запретов, а из-за всё растущих экономических проблем. Наоборот, в канун Нового 1918 года Горький и Бенуа подготовили и выпустили в петроградском издательстве «Парус» подарочную книгу для детей «Ёлка», оформленную самыми известными российскими художниками. В книгу были включены произведения самого Горького, Чуковского, Ходасевича, А. Н. Толстого, Брюсова, Саши Чёрного и многих других. На обложке был помещён рисунок наряженной ёлки, вокруг которой в весёлом хороводе кружатся Дед Мороз и лесные звери. На верхушке дерева сияет восьмиконечная Вифлеемская звезда.
Первый тревожный звонок прозвучал 24 января 1918 года, когда декретом Совета народных комиссаров на территории страны был введён Григорианский календарь и было указано, что в текущем году после 31 января следует сразу 14 февраля. Так как православная Церковь продолжила использовать прежний календарь, это переставило Рождество и Новый год местами.
Ситуация стала резко меняться к худшему. В 1922 году, когда в РСФСР стартовала кампания за преобразование праздника Рождества Христова в «комсомольское рождество», или иначе в «комсвятки». Комсомольские ячейки должны были организовывать празднование «комсвяток» в первый день Рождества, то есть 25 декабря, которое оставалось пока нерабочим днём. На мероприятиях читались доклады, разоблачающие «экономические корни рождественских праздников», делались политические сатиры и «живые картины». На второй день праздника организовывались уличные шествия, на третий — в клубах устраивались маскарады и ёлка, получившая название «комсомольская ёлка».
Однако через несколько лет эти меры были признаны неэффективными и «комсвятки» раскритиковали в центральной прессе. XVI партийная конференция, прошедшая в апреле 1929 г., отменила день Рождества, он стал рабочим днём, вместе с ним отменена была и рождественская ёлка, «поповский обычай». Газеты осуждали детские ёлки, потому что «религиозность ребят начинается именно с ёлки … Ребёнок отравляется религиозным ядом…». Вместе с ёлкой осуждался и Дед Мороз, вошедший в праздничный ритуал за пару лет до революции. Перед Новым 1929 г. любые празднования «поповских обычаев» запрещались. В декабре и январе специальные патрули из добровольцев ходили по улицам и заглядывали в окна, проверяя исполнение правительственного указа. Новогодняя ёлка перешла на нелегальное положение. Те, кто не хотел лишать своих детей праздника, делали это теперь тайно. Писательница и переводчица Ирина Токмакова рассказывает, как в её детстве дворник за взятку ездил в лес, срубал ёлку и пилил её на две части, чтобы влезла в не слишком большой мешок. Дома ёлку скрепляли лубками и та «делалась опять целенькой и стройной».
Перелом в отношении к новогодней елке случился в 1935 году. Н.С. Хрущев писал в своих воспоминаниях, как П. П. Постышев, приехав из Киева в Москву, в один из своих визитов обратился к Сталину:
Вышли мы, сели в машину Сталина. Поместились все в одной. Ехали и разговаривали. <…> Постышев поднял тогда вопрос: "Товарищ Сталин, вот была бы хорошая традиция и народу понравилась, а детям особенно принесла бы радость - рождественская елка. Мы это сейчас осуждаем. А не вернуть ли детям елку?”. Сталин поддержал его: "Возьмите на себя инициативу, выступите в печати с предложением вернуть детям елку, а мы поддержим”. Так это и произошло.
28 декабря 1935 года в газете «Правда» появилась небольшая заметка, подписанная кандидатом в члены политбюро ЦК ВКП(б) П.П. Постышевым. Она начиналась так:
В дореволюционное время буржуазия и чиновники буржуазии всегда устраивали на Новый год своим детям ёлку. Дети рабочих с завистью через окно посматривали на сверкающую разноцветными огнями ёлку и веселящихся вокруг неё детей богатеев.
Почему у нас школы, детские дома, ясли, детские клубы, дворцы пионеров лишают этого прекрасного удовольствия ребятишек трудящихся Советской страны? Какие-то, не иначе как «левые» загибщики ославили это детское развлечение как буржуазную затею.

Автор призывал комсомольских и пионерских лидеров в срочном порядке устроить под Новый год коллективные ёлки для детей. Это предложение было принято к действию молниеносно. По всей стране были организованы ёлочные празднества, в магазинах появились «расширенные ассортименты ёлочных украшений». Таким образом, предложение (даже не указ) партийного руководства было принято и полностью осуществлено в масштабах страны всего за четыре дня, включая дату самой публикации. Подобная оперативность так и осталась недостижимым рекордом в истории СССР.
Ёлка рекомендовалась в новом качестве — как детская забава, пригодная для юных строителей коммунизма. К празднику Рождества она больше не имела отношения, в неё нужно было вдохнуть совершенно новый смысл. Ёлка стала зеркалом нового мира советского ребёнка, её украшение и новое предназначение отражали круг мировоззрения и воспитания маленьких строителей коммунизма.На новый 1937 год детская ёлка впервые проводилась в Аничковом дворце, ставшем к этому времени Дворцом пионеров. Советские ёлки отличались публичностью, массовостью, обязательностью проводимой на них воспитательной работы.
Украшение новогодней ёлки потеряло отчасти свою рождественскую символику и обрело символику советскую. На первых детских ёлках предлагалось повесить продававшийся в магазинах набор шаров с портретами членов Политбюро. В 1937 году в СССР открылся первый специализированный завод ёлочных игрушек. С этого времени развернулось широкое производство ёлочных игрушек: из ваты, картона, металла, стекла. Ассортимент и смысловое содержание ёлочных украшений для праздника Нового года существенно отличался от рождественского убранства. В 1930- е гг. игрушек для всех ёлок ещё не хватало, и они были в основном, самодельными, склеенными из цветной бумаги или других дешёвых материалов; на веточки ёлки раскладывали имитирующие снег кусочки ваты. Звезду Рождества, голубую, семиконечную, на верхушке ёлки заменили на красную (пентаграмму), кремлёвскую, пятиконечную. Таким образом, праздник Рождества потерял свой цвет — голубой. Ёлочные игрушки были миниатюрными копиями вещей, зверей, куклами из ваты и стекла. Довоенные игрушки были чаще всего пионерские и политические: горнисты, ракеты, стратостаты и дирижабли, серпы и молоты. В войну на ёлках появились игрушечные танки, солдаты, собаки-санитары, пистолеты, гранаты и винтовки. К 1950-м годам появляются сказочные персонажи: снеговики и снегурки, снежинки и клоуны, красные шапочки, звездочёты. На ёлке горели гирлянды электрических лампочек. Под ёлкой ставились гипсовые или ватные куклы, изображающие Деда Мороза и Снегурку.
Дед Мороз был подчёркнуто отделён от Рождества, для доказательства тому в тридцатые годы он появлялся на ёлках, держа в руках «Курс истории ВКП(б)». В 1937 году на ёлке во Дворце союзов вместе с Дедом Морозом появилась напарница, Снегурочка. До этого она была известна только как персонаж пьесы А.Н. Островского и поставленной в 1882 году оперы Н.А. Римского-Корсакова. Ни в каком обряде, и во всемирной рождественской традиции подобного женского персонажа не существует, это уникальное явление, связанное только с советской и российской новогодней ёлкой.
С 1936 года ёлка в СССР стала неотделимым атрибутом отделённого от Рождества праздника Нового года. Отличительным признаком новогодней ёлки является празднование первых мгновений наступающего года: под бой домашних часов или под бой кремлёвских курантов, передававшийся по радио, поднимался новогодний тост. Двумя новыми атрибутами этого праздника стали: бутылка советского шампанского, разливаемого по бокалам для полночного тоста, а также рисунки и игрушки, изображающие настенные часы, стрелки которых показывают время без пяти двенадцать. В 1956 году вышла на экраны музыкальная комедия Э. А. Рязанова «Карнавальная ночь», и дома культуры устраивали встречи нового года, взяв за удачный образец именно тот бал-маскарад, что показан в этом фильме.
В 1970-е годы сложился уклад новогоднего праздника, существующий в России по настоящее время. Очень важным было широкое распространение телевизора; его включали за несколько часов до нового года, когда стол был уже накрыт. Праздничная телевизионная программа являлась общим сценарием для проведения семейного торжества. Около полуночи генеральный секретарь КПСС поздравлял граждан с праздником, в полночь били куранты, затем играли государственный гимн. Гимн слушали стоя, с бокалом в руках. Затем следовал праздничный концерт, или фильм-комедия, наиболее известным из них стал фильм Э. А. Рязанова: «Ирония судьбы, или С лёгким паром!», включающий в себя типично святочный сюжет весёлой и счастливой подмены, обмана, розыгрыша. Также ночной новогодний праздник включает в себя уличное гулянье; по русскому святочному образцу проходят игры с огнём, люди зажигают фейерверки, бенгальские огни.
В столицах «главная ёлка страны» устанавливается на центральной площади города. В России такая ёлка устанавливается на Красной площади в Москве. В других городах ёлки также устанавливают на центральных площадях и в популярных туристических местах. В процессе разработки дизайна украшения таких деревьев нередко участвуют ведущие специалисты и представители мира моды. Установка, украшение и зажжение центральных новогодних ёлок является традицией множества городов, которая в праздники привлекает горожан и туристов.

В Новом 2009 году самая высокая новогодняя ель в России была поставлена в Красноярске на главной площади города — Театральной. Её высота — 46 метров, диаметр основания — 19 метров, длина окружности основания — 60 метров. По своим размерам она обогнала даже казанскую ёлку, которая оказалась на 6 метров ниже.
В Великобритании с 1946 года 20-метровая ёлка устанавливается в Лондоне на Трафальгарской площади. Эту ёлку присылает королевская семья Норвегии в знак признательности за освобождение страны от немецкой оккупации английскими войсками во время Второй мировой войны. Под этой ёлкой в предрождественские дни собираются тысячи англичан и поют рождественские гимны. Традиционно, ёлку на Трафальгарской площади украшают только вертикальные гирлянды из лампочек.
В Риме ёлку устанавливают на площади Святого Петра. Согласно сложившемуся обычаю, каждый год ёлку Ватикану приносит в дар одно из европейских государств. Эта традиция была введена Иоанном Павлом II в 1982 году. По окончании рождественского периода древесина «главной ёлки Католической Церкви» идёт на изготовление предметов, доходы от продажи которых направляются на оказание помощи бедным.
В Нью-Йорке с 1931 года ёлка традиционно устанавливается перед Рокфеллер-центром. В канун Нового 2011 года её гирлянды состояли из 30 тысяч лампочек, а на вершине размещалась хрустальная звезда 2,7 метра в диаметре, сверкающая кристаллами Сваровски.
Одна из самых оригинальных — искусственная плавучая ёлка в Рио-де-Жанейро на озере Лагоа. Её высота — 85 метров, а вес металлических конструкций — 530 тонн. Несколько лет назад эта ёлка вошла в Книгу рекордов Гиннесса как самая большая в мире плавучая ёлка. В неё вмонтирован механический колокол, исполняющий рождественские мелодии. В гирлянде более 3 миллионов лампочек, которыми управляет компьютер, а по выходным из ёлки бьёт салют.
Вообще самая большая рождественская ёлка в мире была сооружена в 2009 году в Мехико. Её высота 110,35 метра (высота 40-этажного здания), диаметр — 35 метров, общий вес её металлических конструкций и украшений — 330 тонн. Это сооружение было установлено на проспекте Пасео-де-ла-Реформа.
Самая дорогая ёлка была установлена в 2010 году в Абу-Даби. Она была украшена золотыми и серебряными шарами, а также ювелирными изделиями с драгоценными камнями на общую сумму 11,5 млн долларов.

По материалам: http://ru.wikipedia.org/wiki/Новогодняя_ёлка

Просмотров: 445 | Добавил: Admin | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ | Вход ]
Хостинг от uCoz